Св. Герард Герб Икона Божьей Матери
Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся. Мф 5,6

Отвага и рвение

 

129. При этом святость – это также паррезия, отвага, евангелизаторский напор, оставляющий след в этом мире. Чтобы это стало возможным, Сам Иисус выходит нам навстречу и со спокойствием и твердостью повторяет: «Не бойтесь» (Мк 6, 50). «Я с вами во все дни до скончания века» (Мф 28, 20). Эти слова позволяют нам идти и служить, полными отваги, которую Святой Дух порождал в апостолах, побуждая их благовествовать Иисуса Христа. Отвага, энтузиазм, свободная речь, апостольское рвение – всё это включает в себя слово паррезия, слово, которое также используется в Библии для обозначения свободы жизни, открытой для Бога и других людей (ср.: Деян 4, 29; 9, 28; 28, 31; 2 Кор 3, 12; Еф 3, 12; Евр 3, 6; 10, 19).

 

130. Блаженный Павел VI называл среди препятствий для евангелизации именно нехватку паррезии, «отсутствие усердия, которое тем более усугубляется, если исходит изнутри» [103]. Как часто мы ощущаем, что нас тянет остаться на уютном берегу! Но Господь призывает нас выйти в море, и закидывать свои сети в глубокие воды (ср.: Лк5, 4). Он призывает нас провести свою жизнь в служении. Крепко хватаясь за Него, мы вдохновляемся ставить все свои харизмы на служение другим. Пусть же Его любовь всегда объемлет нас (ср.: 2 Кор 5, 14), и тогда мы сможем воскликнуть вместе со святым Павлом: «Горе мне, если не благовествую» (1 Кор9, 16).

 

131. Давайте посмотрим на Иисуса: Его глубокое сострадание не заставляло Его уйти в себя, это не было парализующее, робкое или стыдливое сострадание, как это очень часто бывает с нами, а совсем наоборот. Это было сострадание, которое побуждало Его оставить Себя и с силой устремиться благовествовать, отправляя других на миссию, исцелять и освобождать. Давайте признаем нашу слабость, но позволим Иисусу взять ее в Свои руки и направить нас на миссию. Мы слабы, но являемся носителями сокровища, которое делает нас великими, и которое может сделать добрее и счастливее тех, кто его получает. Смелость и апостольское мужество являются основополагающей частью миссии.

 

132. Паррезия – это печать Духа, свидетельство подлинности возвещаемого. Это радостная уверенность, которая заставляет нас гордиться провозглашаемым нами Евангелием, это непоколебимое доверие к верному Свидетелю, Который дает нам уверенность в том, что ничто «не может отлучить нас от любви Божией» (Рим 8, 39).

 

133. Нам нужен толчок Духа, чтобы не быть парализованными страхом и расчетами, чтобы мы не привыкли передвигаться лишь в рамках безопасных границ. Давайте не будем забывать, что запертое в конечном счете начинает вонять сыростью и доводит нас до болезни. Когда апостолы начинали чувствовать искушение оказаться парализованными опасностями и страхами, они начинали совместную молитву, прося о паррезии: «Господи, воззри на угрозы их, и дай рабам Твоим со всею смелостью говорить слово Твое» (Деян 4, 29). В ответ «по молитве их, поколебалось место, где они были собраны, и исполнились все Духа Святого, и говорили слово Божие с дерзновением» (Деян 4, 31).

 

134. Как и пророк Иона, мы всегда испытываем скрытое искушение убежать в безопасное место, у которого может быть множество названий: индивидуализм, спиритуализм, замкнутость в своем мире, зависимость, установка и повторение заранее предопределенных схем, догматизм, ностальгия, пессимизм, укрытие в правилах. Порой мы сопротивляемся выходу с контролируемой территории, которая нам известна.

Однако проблемы могут быть подобны шторму, киту, червю, подточившему растение Ионы, ветру, или же солнцу, палившему над его головой; и так же как и для него, они могут служить для нас тем, что возвращает нас к Богу, Который есть нежность, и Который хочет вести нас к постоянному и обновляющему нас странствию.

 

135. Бог – это всегда новизна, которая подталкивает нас снова и снова отправляться в путь и направляться за пределы знакомого, к границам и окраинам. Он ведет нас туда, где человечество сильнее всего изранено, и где люди, несмотря на кажущуюся поверхностность и конформизм, продолжают искать ответ на вопрос о смысле жизни. Бог не боится! У Него нет страха! Он всегда выходит за грани наших планов и не боится периферий. Он Сам стал периферией (ср.: Флп 2, 6-8, Ин 1, 14). Поэтому если мы осмелимся выйти на окраину, то найдем Его там. Он уже там. Иисус предваряет нас в сердцах наших братьев, в их израненной плоти, угнетенной жизни и мрачной душе. Он уже там.

 

136. Это правда, что нужно открыть двери сердца Иисусу Христу, потому что Он стоит и стучит (ср.: Откр 3, 20). Но порой я спрашиваю себя, не стучит ли Он, уже находясь в нас, чтобы мы выпустили Его из-за душного воздуха нашей зацикленности на себе. В Евангелии мы видим, как Иисус «проходил по городам и селениям, проповедуя и благовествуя Царствие Божие» (Лк 8, 1). Также и после Своего Воскресения, когда ученики шли и проповедовали повсюду, Господь содействовал им и подкреплял сопровождавшими их слова знамениями (ср.: Мк 16, 20). Вот динамика, проистекающая из подлинной встречи.

 

137. Привычка соблазняет нас, говоря, что не имеет смысла пытаться что-то изменить, что мы не сможем ничего сделать с этой ситуацией, что она всегда была таковой, и что, несмотря на это, мы выжили. Из-за такой привычки мы более не противостоим злу и позволяем вещам «быть такими, какие они есть», или такими, какими их определили другие. Но давайте позволим Господу прийти и пробудить нас, встряхнуть нас от нашей спячки и освободить от инертности. Давайте бросим вызов привычке, широко откроем глаза и уши, и прежде всего сердце, и позволим поразить себя происходящему вокруг нас, а также живым и действенным возглашением Слова Воскресшего.

 

138. Нас вдохновляет пример стольких священников, монахинь, монахов и мирян, которые посвящают себя благовествованию и служению с огромной преданностью, порой рискуя собственными жизнями и, конечно же, делая это, ценой своего комфорта. Их свидетельство напоминает нам, что Церковь нуждается не в чиновниках или бюрократах, а в пламенных миссионерах, поглощенных энтузиазмом распространения истинной жизни. Святые удивляют нас и срывают нас с места, поскольку их жизнь призывает нас вырваться из спокойной и безболезненной посредственности.

 

139. Давайте попросим у Господа благодати не колебаться, когда Дух настойчиво призывает нас сделать шаг вперед; давайте попросим об апостольском мужестве нести Евангелие другим и отказаться от превращения своей христианской жизни в музей воспоминаний. Давайте позволим Святому Духу в любой ситуации заставлять нас созерцать историю в свете Воскресшего Иисуса. Тогда Церковь, вместо того, чтобы останавливаться, сможет продолжать идти вперед, принимая сюрпризы от Господа.

 

 

 В общине

 

140. Очень трудно бороться против собственной похоти, ловушек и искушений дьявола и эгоистичного мира, если мы живем изолированно. Нас бомбардируют соблазнами столь сильно, что если мы слишком одиноки, то легко теряем чувство реальности и внутренней ясности и легко сдаемся.

 

141. Возрастание в святости – это путь общины, его следует проходить вместе. Это отражено в некоторых святых общинах. В разные времена Церковь канонизировала целые общины, героически жившие Евангелием или же отдававшие Богу жизни всех своих членов. Стоит задуматься, например, о семи святых основателях Ордена служителей Марии, семи блаженных монахинях первого монастыря де ла Виситасьон в Мадриде, о святом Павле Мики и его сподвижниках, ставших мучениками в Японии, о святом Андрее Ким Таэгоне и его сподвижниках, мучениках в Корее, о святых Роке Гонсалесе и Альфонсо Родригесе и их сподвижниках, южноамериканских мучениках. Давайте также вспомним о недавнем свидетельстве монахов-траппистов из Тибирина (Алжир), которые вместе готовились к мученичеству. Также есть множество святых супружеских пар, в которых каждый супруг был орудием Христа, чтобы другой супруг стал святым. Жизнь или работа вместе с другими – это, несомненно, путь духовного роста. Святой Иоанн Креста говорил одному из своих учеников: «Ты живешь с другими, «чтобы они созидали и тренировали тебя» [104]».

 

142. Община призвана создавать «просвещенное Богом пространство, в котором можно испытать мистическое присутствие воскресшего Господа» [105]. Деление Словом и совместное отправление Евхаристии укрепляет наше братство и делает нас святой и миссионерской общиной. Это также создает пространство для подлинного мистического опыта, проживаемого в общине, как это было в случае со святым Бенедиктом и святой Схоластикой, или же в той возвышенной духовной встрече, которую пережили святой Августин и его мать святая Моника: «Уже навис день исхода ее из этой жизни; этот день знал Ты, мы о нём не ведали. Случилось – думаю, тайной Твоей заботой, – что мы с ней остались вдвоем; опершись на подоконник, смотрели мы из окна на внутренний садик того дома, где жили в Остии […]. Устами сердца жаждали мы приникнуть к струям Твоего Небесного источника, «Источника жизни, который у Тебя» […]. И пока мы говорили о ней и жаждали ее (мудрость), мы чуть прикоснулись к ней всем трепетом нашего сердца […], словно вечная жизнь такова, какой была эта минута постижения» [106].

 

143. Но подобный опыт не является ни наиболее часто встречающимся, ни наиболее важным. Жизнь в общине – будь то в семье, приходе, религиозной общине или другом сообществе – состоит из множества маленьких повседневных деталей. Так было и в святой общине, состоящей из Иисуса, Марии и Иосифа, ставшей образцом отражения красоты тринитарного единства. Это же справедливо и для общинной жизни, которую Иисус вел со Своими учениками и простым народом.

 

144. Давайте вспомним о том, как Иисус призывал Своих учеников обращать внимание на детали:

 

Маленькая деталь: на празднике заканчивалось вино.

Маленькая деталь: не хватало одной овцы.

Маленькая деталь: вдова, которая пожертвовала две лепты.

Маленькая деталь: запас масла для светильников, на случай, если жених задержится.

Маленькая деталь в виде просьбы к ученикам посмотреть, сколько у них хлебов.

Маленькая деталь: приготовленный Им огонь и рыба, во время ожидания учеников на рассвете.

 

145. Община, которая оберегает маленькие детали любви [107], члены которой заботятся друг о друге и образовывают открытое и евангелизаторское пространство – это место присутствия Воскресшего, Который освящает ее в соответствии с планом Отца. Иногда, благодаря дару любви Господа, в этих маленьких деталях нам даруется утешительный опыт встречи с Богом: «Однажды зимним вечером я, как обычно, занималась своими скромными обязанностями […]. Внезапно вдали я услышала мелодичные звуки музыкальных инструментов. Тогда я представила себе сверкающую позолотой, ярко освещенную гостиную, изящно одетых девушек, расточающих друг другу комплименты и знаки внимания. Затем мой взгляд упал на несчастную больную, которую я поддерживала: вместо музыки временами я слышала ее жалобные вздохи […]. Невозможно выразить, что произошло в моей душе. Знаю только, что Господь озарил ее светом истины, настолько превосходившим сумрачный блеск земных праздников, что я не могла поверить своему счастью» [108].

 

146. Вопреки тенденции к потребительскому индивидуализму, который в итоге изолирует нас в поиске благосостояния в стороне от других, на нашем пути к святости мы не можем не отождествлять себя с этим желанием Иисуса: «Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и Я в Тебе» (Ин 17, 21).